Кронштадт
Символика  
История  
Музеи  
Форты  
Галереи  
 
Кронштадт
 
Справочник
Карты и планы
Книжная полка  
   

 

А. В. Шелов

Исторический очерк крепости Кронштадт
 

Главная > Книжная полка > История Кронштадта > Исторический очерк крепости Кронштадт


     


  ГЛАВА II.
  Постройка и освящение Кроншлота.


      Политические события позволяли Карлу XII в 1703 году обратить внимание на успехи русских в Ингерманландии, и в феврале появился слух о движении в эту сторону двух сильных шведских отрядов, что побудило Петра Великого спешить созданием опорных пунктов.
      В мае заложили усиленно строили Петербург, а в устьях Невы все лето стояли девять шведских кораблей под командой адмирала Нумерс и нечем было отразить их; русские корабли еще только строились в Свири.
      Шведы и на суше были близко; их генерал Кронгрост подошел к реке Сестре; сам Царь в начале июля пошел на него и, разбив шведов, отправился в Лодейное поле спускать суда.
      Наступила уже осень. Меншиков с русскими людьми впервые познакомились тут с петербургским октябрем; солнца уже давно нет, ветер и дождь целый день. Тяжко стало Меншикову, он зовет Царя, пишет ему с обычными шутками «и не ведаем, для чего так замешкались; разве затем медление чинится, что ренского у Вас, ведаем, есть с бочек десять и больше, а потому мним, что бочки изспраздня, хотели сюда приехать; или которые из них рассохлись, замачиваете и размачиваете, о сем сожалеем, что нас при том не случилось» 1). «При сем доношу Вашей Милости, что господин вице-адмирал Нумерс, который перед устьем стоял, виват октября первого отдав, не беспечально о том, что за противным ветром больше кораблей в устье не ввел, и так отъехал». Получив столь радостное известие, Петр немедленно отправился в Петербург, где узнал, что шведская эскадра ушла на зимовку к Выборгу 2). Царь тот час сел на яхту, взяв с собой галиот, в октябре месяце, вместе со льдом, шедшим по Неве, наконец, вышел в заветное море, составлявшее предмет его давних и пылких желаний. Принимая во внимание то упорство, с которым Царь стремился к приобретению для России морского сообщения с Европой, ту затрату средств, энергии и труда, положенных в это дело, можно понять с каким торжеством и надеждой смотрел впервые Петр на освобожденное от неприятеля устье Невы. Ему необходимо было отыскать, пункт, который не допускал бы неприятельский флот к Петербургу и служил бы убежищем новорожденному флоту. Покрытый лесом, болотистый остров Ретусари обратил на себя внимание Царя. Среди плававших льдин он сам, с лотом в руках, измерял морскую глубину вокруг острова.
      Нельзя сомневаться в правильности и талантливости ведения промеров, так как выбор места для форта Кроншлот был так удачен, что до введения нарезных орудий, он был самым важным опорным пунктом, и только современная дальнобойность орудий изменила значение Кроншлота, заставив расширить круг обороны, чтобы защитить гавань и город от бомбардирования.
      От южного берега залива, т. е, от Ораниенбаума, вплоть до Кроншлота тянется мель; глубокий фарватер между фортом и островом был весь сфере поражаемости тогдашних орудий, с него же анфилировалась и часть берега острова, также как и форт обстреливался с острова, то есть южный фарватер имел перекрестную оборону. Северный фарватер по извилистости проходов и множеству камней, казался совершенно недоступным и считался таковым всеми моряками до сороковых годов XVIII столетия. Благоприятное для защиты расположение отмелей и географическое положение острова объясняют решение Царя, не жалея для этого никаких средств, возвести форт Кроншлот и построить на Котлине сильную крепость, чтобы защитить Петербург как бы Дарданеллами. Идея основания на острове города и коммерческого порта явилась у Царя впоследствии, когда он ознакомился ближе с самим островом.
      Царь, решив принципиально построить форт, очевидно не обдумал еще в деталях проекта и уехал в Воронеж, откуда уже выслал собственноручно сделанную модель 3). Постройка форта бала поручена Меньшикову, который, однако, бывал эту зиму в отлучках и тогда его заменял бомбардир Корчмин; вообще бомбардиры участвовали в постройке Кроншлота 4).
      Едва окреп на море лед, как солдаты полков Толбухина и Островского начали рубить ряжи для основания укрепления. Весь необходимый материал подвозили на санях из Петербурга. Кроме солдат было прислано много рабочих, наплыв которых и обособленность вновь завоеванного края, а острова Ретусари в особенности, от остальной России, повлекли за собой недостаток в съестных припасах, который, в соединении с сильными морозами и ветрами, губительно действовал на здоровье рабочих. Около 8000 лошадей пало от недостатка корма и изнурения, не мало погибло и людей, но это была необходимая жертва, принесенная для охранения Петербурга и для обеспечения будущих успехов Петра на водах и берегах Балтики 5).
      О времени закладки форта нигде не упоминается и, понятно. Петр Великий не мог быть уверенным, что шведы безнаказанно дадут окончить работу, а потому, вероятно, о постройке не разглашали, напротив, делали ее скрытно и спешно; наоборот освящение было особенно торжественно и о нем писали всюду. Сведения о конструкции Кроншлота довольно не точны: по свидетельству Александра Гордона – «сделали из бревен огромный ящик 10 фут в вышину, 30 в длину, 15 вершков толщиной и опустили в воду. На этом фундаменте воздвигли 3-х этажную башню, укрепление могло вместить в себе до 3000 человек гарнизона и до 70 орудий» 6). (Рис. № 2). Это описание вполне сходно с башней, изображенной на медали, выбитой в память постройки форта: вместимость же башни едва ли могла быть так велика относительно гарнизона. По описанию другого современника, барона Гизена: «крепость Кроншлот имела сорок косых сажен диаметра и два ряда, один над другим, для ставления пушек: - деревянная, нагрузя камнем, опущена в воду и несколько пушек к ней поставлено» 7). Описание двухэтажного форта относится к переделанной уже башне в конце царствования Петра Великого, хотя размеры могли относится и к первоначальному проекту, так как башню только убавили этажом.
      Первое вооружение Кроншлота было около 14 орудий, но впоследствии оно возросло до 30-ти. Одновременно с фортом для лучшей защиты прохода по фарватеру, построена батарея, называвшаяся Старой, впоследствии Андреевской.
      К весне на месте, указанном Царем, возникли укрепления, построенные по последнему слову тогдашнего инженерного искусства, как утверждают многие историки. На эти сооружения, почти сейчас же появилась критика: «мысль форта не дурна, однако, смышленые головы толкуют, что неприятельское судно, которое вздумало бы двинуться на всех парусах к реке, немного встретить в том помехи от упомянутой крепости, потому что с круглой башни нельзя делать по кораблю за раз более двух или трех выстрелов» 8). Вероятно это сознавал и сам Царь потому, что как только Он укрепился на Балтийском побережье, то сейчас же перестроил Кроншлот. Обстоятельства заставили спешить постройкой, а башню легче было поставить, чем воздвигнуть на искусственном основании длинную линию огня.
      Седьмого мая 1704 года Петр Великий с ближними людьми и Новгородским митрополитом Иовом на флейте «Великом» пошел к новой крепости, осмотрел работы и назвал воздвигнутое на море сооружение «Кроншлосс или Коронный Замок», который и был освящен; торжество это продолжалось три дня 9). Вооружить форт Государь, видимо, желал при себе, так как в поденной записке сказано: «мая 9-го ходил Государь на флейте Великом, который был нагружен артиллерией и оную артиллерию при себе на ту новую крепость поставил» 10). Этим Петр Великий совершил одно из величайших дел своего царствования. Поставив первую береговую пушку на форт, Он ввел Россию в круг морских западных держав, прорубив, таким образом, заветное окно в Европу. До этого момента русские считали море неодолимой преградой, не знали его и негде было им изучить. С этого времени русские начали знакомиться с морем. Морская крепость была убежищем флоту и наоборот, последний служил ей защитой. Шведский флот уже не мог грозить непосредственно столице, а должен был сначала считаться с Кроншлоссом.
      В память постройки этой крепости была выбита медаль, экземпляры которой, один золотой и два бронзовых, храняться в Московской Оружейной палате. Диаметр медали около 2 дюймов, на одной стороне видна трёхэтажная башня с дымящимися орудиями, и на ней развивающийся русский флаг. На верху медали надпись: “Pallas quam condidit areem ipsa colet”, т. е. Паллада чтит крепость, которую она основала. Внизу – “Chronschloss media hieme a russ imperatore extruct. M. D. CC III”, т. е. Кроншлосс создан русским императором зимою 1703 г. На другой стороне медали изображено море с кораблями, над ним восходящее солнце, а на берегу стоит воин в шишаке, опирающийся на копьё, перед ним лежат геометрические инструменты, на верху кругом надпись: “Hiberno tempore nidis incubavit Alcione”, т. е. зимою села в гнездо Алкиона, далее: “tum vita tuta maris. Quid metam” (вероятно metuam), т. е. тогда безопасна жизнь моря, нечего мне опасаться. Внизу написано: “Maris, Finuici securitas”, т. е. безопасность Финского залива. Все эти надписи показывают, какие надежды возлагал Царь на Кроншлосс и как гордился созданием этого форта, который можно назвать дедушкой русских береговых крепостей, как моряки называют ботик Петра Великого дедушкой русского флота.
      Относительно названия заметим, что только на медали и сохранилось название «Кроншлосс», в бумагах же везде именовался форт «Кроншлот», вероятно потому, что 12-го Мая было опубликовано указами «чтобы новопостроенную крепость , которая на острове Котлин, никто каланчёю и цитаделью не называл, а называали бы Кроншлотом» 11).
      Медали, выбитые в память создания форта были золотые и бронзовые, очевидно, для раздачи участникам этого дела, которым не даром гордился Пётр Великий и возлагал на него так много надежд, к счастию оправдавшихся впоследствии. Об основании крепости Государь известил своих близких, которые поспешили поздравить его с таким важным событием. Между прочим Александр Кикин с Олонецкой верфи благодарил Царя за уведомление и писал: «хорошо, что господин Нумерс в прошлом году успел с сим местом проститься» 12). Писали также за границу о сооружении на Балтийском море флота и крепости. Ф. А. Головин сообщил Матвееву в Лондон: «Государь в короткое время может вывести флот, несколько кораблей стоит уже у острова Рычета (Котлина), при том острове на самом корабельном ходу крепость со многими пушками, в самом море зимою из дерева и камня основана и уже пушками вооружена. Названа «Кроншлотом» 13).
      Из этих поздравлений и извеений за границу видно, что Царь и все близкие ему передовые люди России не только придавали огромное значение возникавшей крепости, но и иностранцам старались разъяснить всю важность этого сооружения. Как допустили это шведы? Объяснением может служить только слишком большая самонадеянность Карла XII и отсутствие наблюдений за противником, которого король считал всё ещё ничтожным, и в то же время поразительная быстрота и энергия в выполнении задуманного плана Петром Великим. Сделай шведы зимою такое нападение, как они произвели в 1705 г., то конечно, они отсрочили бы окончание работ и затянули бы весь ход компании, так как в следующий год Кроншлот много способствовал нашим успехам. Карлу XII в этот же год пришлось поплатиться за свою самонадеянность и потерять навсегда устье Невы.
      



      1)   Устрялов, т. IV, стр. 248.
      2)   Соловьев, т. 15, стр. 6.
      3)   Устрялов, т. IV стр. 249.
      4)   Ратч. Петр Великий как артиллерист стр. 92.
      5)   Сборник Тихомирова стр. 29.
      6)   История Инженерного искусства Ласковского, т. II, стр. 138.
      7)   Тимченко-Рубан. Первые годы Петербурга, стр.97.
      8)   Описание Петербурга и Кроншлота в 1710 г. стр. 37.
      9)   Юрнал 1704 г. стр. 21 или Подеддая записка.
      10)   Поденная записка, часть I, стр. 76.
      11)   Каб. Дела отд., I, №57.
      12)   Устрялов, стр. 252.
      13)   Мат. Устрялова т. IV, часть II, стр. 307.
 

               


Крепость Кроншлот.

      

 
   
 <<< Глава I.   Глава III. >>>   
   © Кронштадт, Валерий Играев, 2010. kronstadt@list.ru